Можно ли считать, что дети, родившиеся в двуязычной семье, вытащили счастливый билет? "Безусловно", - полагает глава двуязычной семьи, руководитель движения "Keelepööre" и директор Силламяэской гимназии Арно Казенийт. Но чтобы оформить выигрыш, оба родителя должны внести свою лепту.

Мариель Юуна, которой скоро исполнится три, и пятилетняя Эмилия Меа резвятся на вокаской игровой площадке. Девчушки зовут родителей то раскачать качели, то крутануть карусель. Дети как дети, только к маме они обращаются на русском языке, а к папе - на эстонском.

- Issi, püüa mind! Püüa juba, давай! ("Папочка, поймай меня! Поймай же, давай!") - кричит Эмилия Меа.

Отдельные русские слова все-таки проскальзывают, комментирует Арно. "Но я слежу, чтобы она не говорила на совсем уж смешанном языке".

- Sa pead mind püüama! ("Ты должен меня поймать!") - напоминает Эмилия Меа увлекшемуся разговором отцу.

- Püüdma, - поправляет дочку Арно и приводит примеры типичных ошибок: вместо "peame minema" девочка часто говорит "peame lähema". "Но и те, кто постоянно говорит на эстонском, тоже не всегда спрягают правильно", - отмечает он.

Родной язык развивается быстрее

Поскольку родной язык для девочки русский, то он и развивается быстрее.

- По-русски она говорит очень хорошо, и произношение в порядке. В эстонском есть небольшой акцент, но не очень сильный. У младшей русский тоже чуть лучше, потому что это все-таки язык мамы и бабушки. Девочки часто бывают у бабушки, и там целый день звучит только русский язык. Я вношу свою лепту, когда читаю им на ночь или когда мы что-нибудь делаем вместе, - рассказывает Арно.

Погружение в эстонский язык предлагает и детский сад. Хотя в Силламяэ, где семья сейчас живет, есть эстоноязычный детсад, родители возят дочерей в Вока, на малую родину Арно.

- Мы планируем отдать их в Тойласкую гимназию, и здесь они уже смогут познакомиться с будущими одноклассниками. Во-вторых, большая и отличающаяся природным своеобразием территория вокаского детсада предлагает огромное количество возможностей, чтобы играть и развиваться.

Арно считает, что если все вечера и выходные проходят в русскоязычной среде, а эстонский язык окружает детей только в детсаду или школе, то этого будет мало. Тут и срабатывает преимущество двуязычной семьи. 

Школам нужно (больше) ценить многоязычие

В этот вторник Арно Казенийт организовал конференцию "Keelepööre" ("Языковой переворот"), темой которой был многоязычный ребенок.

- Смешанных семей много и становится все больше, - объясняет Арно Казенийт выбор темы для третьей конференции "Keelepööre".

Вопросы, требующие ответа, возникают на каждом этапе развития ребенка. "Для нас, например, вопрос в том, что если девочки пойдут в эстоноязычную школу, то как они выучат русский литературный язык? Возможно ли учить его параллельно или все-таки по очереди?" - рассуждает он.

На данный момент семья решила, что сперва дочери научатся читать и писать на эстонском языке.

Открытой школы, как в Таллинне, где дети учатся полдня на эстонском и полдня на русском языке, в Ида-Вирумаа сейчас нет. Но во всех ида-вируских школах и детских садах с эстонским языком обучения есть многоязычные дети, и с их опытом тоже можно было ознакомиться на конференции.

Арно Казенийт считает, что нашим школам нужно ценить многоязычие, потому что такие дети - словно дополнительный источник информации.

- Например, русский ребенок в школе с эстонским языком обучения может объяснить многое из того, что русские дети знают лучше, чем эстонцы. А ребенок, владеющий эстонским, может поделиться своими знаниями с русскоязычными детьми. На мой взгляд, очень хорошо, когда дети учат друг друга, потому что так они и сами усваивают больше всего знаний.

Арно и Юлия решили, что детям будет полезно слышать оба языка. Поэтому девочки общаются с каждым родителем на его родном языке, плавно переходя с одного языка на другой. Во время игр друг с другом сестры предпочитают русский язык, в детсаду выбирают тот, на котором говорят товарищи по играм.

В общении Арно и Юлии друг с другом строгих правил нет. "Общаемся так, как кому хочется: я - на эстонском, чтобы Юля лучше его усваивала, она со мной - тоже на эстонском и изредка на русском", - описывает Арно домашнее общение.

Юлия работает специалистом в муниципальном учреждении, и практика в эстонском языке ей как нельзя кстати. "Но мне нужно владеть эстонским не только из-за работы. Мы живем в Эстонии, и поэтому нужно", - говорит она.

Поначалу говорила "по-японски"

Родители замечают, что дочки усваивают эстонский язык в разном темпе.

- У младшей получается лучше, потому что у нее перед глазами пример старшей, - говорит Арно. - Она уже в два с половиной года говорила полными предложениями, придумывает песенки на эстонском языке, а иногда берет книгу и рассказывает истории, хотя сама еще не умеет читать. Старшая дочка в два года какое-то время говорила как будто "по-японски", никто из нас ее не понимал. Но позднее она начала произносить все больше эстонских и русских слов.

Арно ссылается на ученых, изучавших двуязычие, которые утверждают, что для ребенка изучение двух языков и владение ими - задача намного труднее обычной. Это требует большего напряжения мозга, то есть, другими словами, многоязычие развивает мозг.

Получается, многоязычные дети приходят в этот мир со счастливым билетом в кармане?

- По имеющемуся опыту могу сказать, что да, безусловно. У детей есть очень хорошая и удобная возможность безболезненно выучить к школе как минимум два языка.

У Арно еще есть взрослый сын Кристьян Ээрик, который вырос в полностью эстоноязычной семье. Другие языки он изучал в школе. Однако вместо русского языка он говорит дома на английском.

Английский язык Кристьян Ээрик выучил в Таллиннском английском колледже и Таллиннской реальной школе. Затем он стал студентом Массачусетского технологического института. Теперь он занимается научной работой в Сан-Франциско, прекрасно разбираясь и в биологии, и в компьютерных науках.

- В Америке он уже десятый год. Идентичность у него явно эстонская - эстонец в Америке, - но повседневно он думает и говорит на английском языке.

Как часто Арно думает о том, какая идентичность сформируется у его дочерей?

- Это сложный вопрос, и я не хотел бы занимать определенную позицию. Пусть они ощущают себя в первую очередь людьми. Но придется ли им самоопределяться в плане национальности - это трудно предсказать. Дома у нас все же в основе эстонские традиции, культура и знаменательные даты, потому что мы живем в Эстонии.