Министр окружающей среды Рене Кокк: мы все равно постоянно движемся к климатической нейтральности

Рене Кокк.

ФОТО: Пеэтер Лиллевяли / Põhjarannik

Министр окружающей среды Рене Кокк видит в перспективе спад сланцевой энергетики, но не сланцевой промышленности, и верит в возможности развития водородной энергетики.

- Ида-Вирумаа, очевидно, сильнее всех ощутил на себе последствия изменения климатической политики Эстонии. Как бы вы объяснили потерявшим работу в здешнем сланцевом секторе людям, что такое климатическая нейтральность и почему Эстония решила присоединиться к стремящимся к ней государствам?

- Климатически нейтральная экономика означает, проще говоря, что мы должны быть в состоянии увязывать столько же СО2, сколько производим. Делая это либо с помощью лесов, либо восстанавливая болота, увеличивая эффективность сельского хозяйства, электрифицируя железные дороги или улавливая СО2, так сказать, в самих трубах.

Это вовсе не что-то новое, родившееся вдруг и сейчас: принципы и цели климатической политики Рийгикогу принял еще в 2017 году. Новое в том, что теперь и Эстония вступила в ряды тех стран ЕС, которые поставили перед собой цель достичь к 2050 году климатически нейтральной экономики. Решение присоединиться к ним приняли после очень тщательного исследования.

- Что означает это решение для дальнейшего использования сланца? 

- Сланец - очень важное для Эстонии полезное ископаемое, и его переработку нужно продолжить. Ясно, что все меньше сланца будет уходить на производство электроэнергии, но это не значит, будто мы вообще должны отказаться от использования сланца. Надо внедрять лучшие из возможных технологий, а также привлекать научные учреждения и университеты, чтобы уменьшить углеродный след. Мы говорим о 30-летнем периоде, но никто не может сейчас сказать, какие технологии будут применяться в 2035 году - в том числе для улавливания СО2. Может быть, мы сумеем обернуть эту нынешнюю проблему на пользу человечества и начнем перерабатывать СО2?

- На основании результатов исследования, на которое вы сослались, в Эстонии для достижения климатической нейтральности придется инвестировать в течение 30 лет около 17 миллиардов евро. Откуда придут эти деньги? 

- Появление электромобилей и прочие меры, которые все равно применяются в мире, помогут и нам. Поддержка со стороны ЕС есть уже сейчас - из денег за квоты на СО2, получаемых Эстонией, 50% уходит на зеленую деятельность, то есть на эти же цели.

Еще раз скажу, что эта проблема возникла не сейчас, ею занимались и предыдущие правительства.

- Какими могли бы оказаться первые инвестиции? 

- Приоритеты обговариваются большей частью во время составления госбюджета. Одно принципиальное решение принято - об электрификации железной дороги. Кроме того, различные сельскохозяйственные меры, развитие велодорог в городах, чтобы автомобилей стало меньше, поддержка электромобилей. Это не рейтинг, просто эти темы обсуждались.

Если говорить о связывании углерода, то тут помогут рекультивация торфяных болот, залесивание - я, конечно, не поддерживаю полного засаживания полевых земель, но у нас хватает и других земель для лесопосадок, - изъятие биометана из навозохранилищ. 

Меня лично интересуют развитие и исследование водородной технологии, она могла бы стать одним из решений наряду с электричеством. Я был бы рад, если бы в Эстонии удалось создать некий пилотный проект, начать использование водородной энергии и перевести некоторые автобусы или мусоровозы на нее. Эстония могла бы взять на себя инициативу, а не тащиться за другими и копировать.

Мы должны провести в обществе дискуссию об атомных станциях четвертого поколения с солевыми реакторами, чтобы понять, можно обсуждать эту тему или вообще закрыть ее. Если такие АЭС приемлемы для общества, то они стали бы одной из вещей, которая помогла бы нам значительно уменьшить эмиссию СО2 и обеспечила бы нам энергобезопасность.

- Как сланцевая промышленность вообще сочетается с климатически нейтральной экономикой? Сланцевая энергетика сворачивается, но в то же время проектируются новые заводы сланцевого масла. 

- Правительству и приходится делать выбор в ситуации, когда у нас имеются социально-экономические, экономические и экологические вопросы. Только в смысле окружающей среды многие вещи не хороши, решения следует принимать, исходя из целостной картины. Сланец для нас важен, рабочие места людей важны. Пока есть спрос, сланец надо перерабатывать. 

- Доля Эстонии в мировом объеме выбросов СО2, по сути, крошечная, от нее в мировом масштабе ничего не зависит. Нужно ли нам так сильно напрягаться во имя сокращения выбросов СО2, особенно если посмотреть на находящиеся за пределами ЕС страны, где об этой проблеме вообще не задумываются?

- Эмиссия СО2 в Эстонии составляет около 0,05% мирового выброса СО2. Я считаю всячески правильным такой подход, что мы указываем путь и движемся к сохранению окружающей среды, а не подаем сигнал, дескать, мы слишком маленькие и нас это не волнует.

Для Европы климатическая нейтральность является очень большим вызовом, и крайне важно, чтобы эту цель не воспринимали как лозунг, а чтобы последовали поступки. 

В действительности все вовсе не так драматично, мы все равно постоянно движемся в этом направлении.

- Какие возможности вы видите в новой ситуации для жителей Ида-Вирумаа? 

- Я убежден, что в будущем мы найдем новые производственные возможности. Если найдут решение для ветропарков, то, может быть, тут станут, например, строить ветрогенераторы, а в будущем тут можно было бы пойти дальше и с водородной технологией. Использование сланца тоже никуда не исчезнет в ближайшее время, ведь мы говорим о новых заводах масел и заводе предварительного рафинирования.

НАВЕРХ