Эрик Пуура: не является ли Евросоюз несколько наивным?

Эрик Пуура подтверждает, что очень поддерживает климатическую политику Евросоюза, но в то же время спрашивает, не является ли ЕС немного наивным, полагая, что если самому все делать очень прилично, то и другие в мире будут делать так же?

ФОТО: Пеэтер Лиллевяли / Põhjarannik

По мнению проректора по развитию Тартуского университета и ученого в области окружающей среды Эрика Пуура, состояние климата на земном шаре не сильно улучшится, если заниматься его исправлением будет только Европа, а в развивающихся странах в это же время окружающая среда начнет ухудшаться вследствие стремительного роста потребления.

- Что, на ваш взгляд, можно было бы делать по-другому при переходе к климатической нейтральности?

- Я очень поддерживаю климатическую политику Евросоюза, но в то же время спрашиваю, не является ли ЕС несколько наивным, полагая, что если самим делать все очень прилично, то и другие в мире станут делать так же. 

Для меня вопрос, скорее, в том, каким образом в развивающихся странах, а также в Китае, Индии, Малайзии, Бразилии, Мексике и других странах, где все стремятся к увеличению потребления, с ростом потребления не росли бы эмиссии и прочие воздействия не только на климат, но и на всю окружающую среду.

Таких пластиковых рек, какие мы наблюдаем в Китае, Малайзии и Южной Америке, еще пять лет назад не было. Произошел резкий поворот в сторону ухудшения окружающей среды. Мы должны как-то повернуть все эти процессы в обратном направлении. Есть ли польза от того, что Европа является эдаким святым островком интеллигентности на фоне остального мира? И станет ли весь мир действовать так же?

- Или же сам этот остров погибнет в конкуренции, если другие не станут соблюдать правила по окружающей среде? 

- Это другая тема. Если мы перейдем к зеленой экономике, то окажется ли такая промышленная революция жизнеспособной и приведет ли к таким новым технологиям, которые мы сможем экспортировать в остальной мир? Или наоборот - в экономике последуют обратные удары? Например, Китай продолжит развиваться все быстрее и скупит остальной мир, а когда в Европе произойдет очередной экономический спад, то скупит и наши предприятия.

Например, авиапромышленность планирует к 2035 году удвоить объемы по сравнению с нынешними. Быстрорастущий ИТ-сектор очень увеличивает электропотребление и, следовательно, рост эмиссий.

Эти глобальные тренды, на мой взгляд, не ведут к улучшению окружающей среды. Я лично решений этой дилеммы не нашел. Но если учесть, что молодежь активизируется, то я больше всего надеюсь на ее активность и сознательность. Это могло бы привести к такому потреблению, которое изменило бы также производителей, чтобы потребляли дружелюбные к окружающей среде продукты, одежду и энергию.

- В Эстонии уменьшение следа сланцевой промышленности происходит очень быстро. Как к этому готовы тут в социально-экономическом смысле? Или это все же поразило нас подобно молнии? 

- Наверняка. Эта статистика последует. Ели мы по объему эмиссий СО2 на одного жителя занимали до сих пор 13-е место в мире, то нынче сжигание сланца на электростанциях резко уменьшилось и в следующих рейтингах мы, очевидно, займем еще более низкую позицию.

- Достигает ли Эстония уже сейчас поставленной на 2030 год цели уменьшить объемы парниковых газов на 70 процентов по сравнению с 1990 годом? 

- Тоже наверняка. Но существуют также значительно более радикально настроенные активисты в сфере окружающей среды, заявляющие, что надо закрыть всё и сразу. Но они не предлагают никаких решений, ведь для них решениями не служат также атомные станции и прочие способы производства электроэнергии. Если мы захотим, к примеру, перевести транспортный сектор на водородную энергетику, то это конкретный план, который кто-то должен будет осуществить, и это стоит денег. Если бы маленькая Эстония занялась этим в одиночку, то это наверняка оказалось бы очень-очень дорого.

- Возможно ли производить из сланца что-то более хитроумное и экономически выгодное, до чего за сто лет еще не додумались, или же переработка сланцевого масла на заводе предварительного рафинирования является потолком? 

- С одной стороны, да, а с другой, мне кажется, что ученые могли бы сделать больше. Но ученые не свободны, поскольку прикладные исследования финансируются в рамках проектов налогоплательщиков ЕС, где нужно указывать, какого результата ты хочешь достичь, тогда и деньги получишь. 

Однако экспериментальная наука такова, что должна иметься лаборатория, где экспериментировали бы не только со сланцем, но и с другими полезными ископаемыми - например, диктионемовым аргиллитом. Тут существуют и другие возможности.

- Фосфорит? 

- С ним очень много экспериментировать не нужно, ведь фосфор все равно идет на удобрения. Но, конечно, можно исследовать технологии добычи и технологии выделения металлов из фосфорита. Однако всем этим нельзя заниматься на основании проектов и будучи к тому же постоянно ущемляемым и неуверенным ученым.

Как выстроить такие экспериментальные лаборатории, которые были бы также в интересах предприятий, чтобы в них верили и чтобы мысль была свободна, - вот это стало бы решением. Сейчас мы страшно зависим от проектов.

- Предприятия не в состоянии оплачивать экспериментальные исследования, поскольку шанс на успех - это во многом лотерея? 

- Безусловно, это очень рискованное начинание, и много ли в Эстонии таких ученых. Но если бы они были сосредоточены в таких экспериментальных лабораториях, то, я думаю, из этого могло бы что-то получиться. Деньги на науку можно использовать намного продуманнее. 

- Кажется ли вам создание завода предварительного рафинирования сланцевого масла разумным путем развития сланцевой промышленности, если учесть как климатическую политику, так и прежний опыт Эстонии? 

- И да и нет. Если мы возьмем сейчас экономику и рабочие места, то это, конечно, позитивно. Если возьмем цели климатической нейтральности, то встанет вопрос - существует ли что-то, что компенсирует это?

Это значит, что в рейтинге выбросов наше место может не так быстро улучшиться, как хотелось бы некоторым. В то же время в рейтинге выбросов СО2 на одного жителя в еще худшем, чем мы, положении оказались, например, такие страны, как Австралия или Объединенные Арабские Эмираты - они первыми мне вспомнились. Как мы к ним относимся? Какие это прекрасные страны или какие они экономически крепкие и почему мы часто там бываем?

- Нельзя сказать, что речь идет о несчастных государствах: в рейтинге счастливых государств ООН они нас опережают (Австралия занимает 11-е место, ОАЭ - 21-е, а Эстония - 55-е). 

- Ну да. Меня больше всего и беспокоит то, что если мы сумеем достичь целей ЕС, то последует ли за этим также остальной мир? В развивающихся странах, где население активно растет, по-прежнему быстро растет и потребление.

НАВЕРХ