Какой лес мы хотим видеть в будущем?

Эрки Сависаар, председатель комиссии Рийгикогу по окружающей среде, Центристская партия.

ФОТО: Рийгикогу

Все мы должны обратить особое внимание на то, что происходит в лесах Эстонии в связи с климатическими изменениями, ведь они неизбежно влияют на нашу природную среду.

Если земледельцы могут быстро реагировать на изменения, хоть каждый год меняя агрометоды и выращиваемые культуры, то связанные с лесом решения оказывают влияние в течение десятилетий. Ввиду этого мы должны в ходе связанных с лесом дискуссий смотреть не только на сегодняшний день, но и на более далекое будущее - на 2030 или 2050 год, и даже еще дальше.

Основные вопросы, которые все мы могли бы задать себе, таковы. Во-первых, какой лес мы и наши потомки хотели бы видеть через 20, 50 или 100 лет? Во-вторых, какова роль леса в достижении климатических целей? И в-третьих, каково разумное равновесие между богатством видов жизни и лесным хозяйством? 

Уже какое-то время идет составление программы развития лесохозяйства, и я очень надеюсь, что наряду с прочими деталями в ней будут также ответы на эти вопросы. Жизнеспособное лесное хозяйство означает использование леса таким образом и в таком объеме, чтобы максимально обеспечить разнообразие форм жизни, производительность, максимальное связывание СО2, способность обновляться и жизненную силу, а также позволить лесам и в будущем выполнять экологические, экономические и социальные функции как на местном, так и на государственном и мировом уровне. В условиях меняющегося климата эффективное обновление лесов является одной из основ жизнеспособного лесохозяйствования. 

Нынче исполняется 100 лет с того дня, когда в Тартуском университете начали давать на родном языке образование в области лесного хозяйства. Печально констатировать, что в последние десятилетия инвестиции в лесные науки уменьшились, и эту ситуацию надо обязательство исправить. 

В Эстонии лесных земель 51,4%, однако покрытых лесом, деревьями территорий еще больше. Площадь лесов в Эстонии постоянно увеличивалась. После Второй мировой войны в Эстонии было 1,4 миллиона гектаров лесных земель, к моменту восстановления независимости лесных земель было уже 1,9 миллиона гектаров, а на сегодня мы дошли до 2,4 миллиона гектаров. То есть лесных земель у нас сейчас на 40% больше, чем было после Второй мировой войны, и на 22% больше, чем в момент восстановления независимости. Площадь охраняемых лесов тоже росла год от года, и на сегодня у нас около четверти лесов находятся под охраной, то есть мы взяли под охрану 41% пережившего мировую войну леса.

Эстония - один из самых больших защитников леса в Европе. Больше, чем у нас, лесов находится под строгой охраной только в Лихтенштейне, Италии и Финляндии. Лесные земли более-менее поровну распределены между государством и частными лесовладельцами, среди последних 3/5 являются физическими лицами. В Эстонии на каждого человека приходится 1,8 гектара леса, или около 4000 деревьев.

Сегодня у нас в лесах растут главным образом сосны, березы и ели, но останется ли так и в далекой перспективе? Могут ли климатические изменения значительно изменить ценоз наших лесов и как они подействуют на охраняемые леса? В случае хозяйственного леса о новых видах говорится больше всего в связи с пихтой и буком, но, может, климат в будущем окажется более благоприятным, например, и для дубов?

Лесоводство и лес играют важную роль в смягчении климатических изменений, но в то же время лес и сам должен приспосабливаться к изменениям климата. Мы должны договориться, каково будет значение леса в дальнейшем как в экономике, так и в деле достижения климатических целей.

Лесных земель у нас сейчас на 40% больше, чем было после Второй мировой войны, и на 22% больше, чем на момент восстановления независимости.

Международная общественность считает, что жизнеспособное лесохозяйствование помогает сохранить и увеличить запасы углерода в органике и почве, то есть сохранять углерод в изделиях из древесины и создавать эффект замещения. Древесиной можно заменить в потреблении более углеродоемкие и невозобновляемые ресурсы. То есть если мы ставим перед лесным хозяйством связанные со смягчением климатических изменений цели, то не можем сосредотачиваться только на максимальном хранении углерода - если впадать в крайность, это означало бы нулевую вырубку - или на максимальном связывании углерода в каком-то случайно выбранном году.

Например, если мы хотим к 2050 году довести до максимума связывание углерода, то следовало бы рубить созревшую для вырубки древесину именно сейчас, а также увеличить производительность лесов путем определенных хозяйственных приемов, в том числе осушения и удобрения. Переход в крайности с обеими стратегиями окажет негативное влияние как на окружающую среду, так и на другие области деятельности.

Чтобы справиться с климатическими изменениями, необходимы стабильность и долгосрочное видение, на основании которого можно планировать, координировать и осуществлять краткосрочные и долгосрочные меры с учетом именно нынешнего состояния нашего леса.

Доклад в Рийгикогу на обсуждении вопроса государственной важности "Лес в условиях изменяющегося климата"

НАВЕРХ