ПАРЛАМЕНТ ⟩ Янар Хольм: Доступность лечения не должна зависеть от случая и удачи

Janar Holm
, госконтролер
Янар Хольм: Доступность лечения не должна зависеть от случая и удачи
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments
Нехватка работников здравоохранения усугубляется с каждым годом.
Нехватка работников здравоохранения усугубляется с каждым годом. Фото: Matti Kämärä / Põhjarannik

Мы оказались в ситуации, когда жители Эстонии должны быть готовы к тому, что услуги здравоохранения не будут привычно, одинаково и с равным качеством доступны по всей стране. Наверняка есть люди, кто, прочитав это, скажут, что в некоторых регионах это уже сейчас так. К сожалению, они, вероятно, правы, и, к несчастью, эта проблема усилится.

Главной причиной данной проблемы является даже не столько нехватка денег, сколько нехватка работников здравоохранения. Это проблема, о которой говорилось и было известно много лет и которая с годами увеличивалась.

Не хватало умения достигать оговоренных целей, способности и смелости принимать решения. Можно сказать, что система здравоохранения под звуки фанфар, а также при полном ведении и на виду у причастных лиц все глубже и глубже погружалась в болото проблем.

Министр здоровья и труда отметил в интервью, данном на позапрошлой неделе в качестве комментария к нашему отчету, что на сегодня мы подошли к черте, когда откладывать решения уже нельзя. Я же и вовсе подозреваю, что в действительности мы уже некоторое время назад перешли ту критическую черту, когда возвращение к привычно доступной лечебной услуге уже невозможно. Почему? Потому, что быстрого решения кадровой проблемы не существует. Обучение работников здравоохранения длится годами и результаты увеличения заказа на их обучение в случае успеха стали бы видны только в отдаленном будущем.

Где наиболее велик дефицит специалистов? В цифрах больше всего не хватает медицинских сестер, однако недостает также семейных врачей, врачей экстренной медицины, психиатров, клинических психологов, работников по уходу и врачей разной специализации. Почти половина семейных врачей - люди 60 лет и старше. А, например, среди психиатров уже больше половины - 60-летние и старше. Иными словами, нам приходится, затаив дыхание, надеяться на то, что достигшие пенсионного возраста семейные врачи и психиатры как можно дольше будут откладывать выход на пенсию.

Вдобавок к надежде, которую мы лелеяли годами в качестве одной из мер политики здравоохранения, надо приложить усилия, чтобы учеба на врача или медсестру была привлекательным вариантом для молодежи, чтобы новая молодежь влилась в ряды работников здравоохранения.

Позитивно, что количество финансируемых государством учебных мест в резидентуре в последние годы увеличили. К сожалению, не все учебные места заполняются так, как это было много лет назад. В нынешнем году незаполненными остались около 10% учебных мест в резидентуре. Плюс к тому в последние четыре года в среднем по 7% начинавших в резидентуре прерывали обучение.

О медицинских сестрах. Сейчас у нас приходится в среднем по 6,48 медсестры на 1000 жителей. Если хотим достичь уровня Северных стран, то нам необходимо еще столько же медсестер, сколько у нас есть вообще, - около 9000.

Уже выполненные лет десять назад анализы и оценки показали: если Эстония хочет достичь к 2032 году показателя 9 медсестер на 1000 жителей, то следовало бы уже тогда принимать на сестринское обучение по 700-800 студентов в год. Такого уровня приема мы достигнем в Эстонии только в следующем году - на 9 лет позже планировавшегося. То есть и цель - 9 медсестер на 1000 человек - откладывается до 2042 года. Удастся ли достичь этого и тогда - отдельный вопрос.

Одним из последствий нехватки работников здравоохранения является то, что доступность услуг здравоохранения неодинакова по регионам и специальностям. В уездных, то есть больницах общего профиля стремительно уменьшилось количество тех специальностей, по которым оказывается помощь пациентам. 

3 MЫСЛИ

  • Надо приложить усилия, чтобы учеба на врача или медсестру была привлекательным вариантом для молодежи.
  • Доступность услуг здравоохранения неодинакова по регионам и специальностям.
  • Как мотивировать людей вкладываться в профилактику проблем со здоровьем у себя и особенно у своих детей, а также как государство могло бы содействовать тем, кто подобным образом и поступает.

Например, если еще в 2019 году педиатр имелся в 11 больницах общего профиля, то в 2021 году - только в пяти; если невролог в 2019 году имелся в 11 больницах общего профиля, то два года спустя - только в шести. Это, в свою очередь, означает, что поскольку в этих больницах нет того или иного специалиста и его помощь получить нельзя, то приходится ехать куда-то еще. Наверное, излишне при этом говорить, что оказание услуг не расширилось в уездных больницах ни по одной из специальностей. Главная причина, разумеется, опять же в нехватке врачей-специалистов.

Сосредоточение услуг здравоохранения в крупных больницах неизбежно в интересах качества лечения. К сожалению, региональное уменьшение возможностей лечения до сих пор являлось не управляемым процессом, а случайным.

Если решения принимает вместо назначенных и призванных для этого инстанций сама жизнь, то региональная доступность лечения начинает зависеть от случая и везения - от того, остались ли еще в конкретной больнице общего профиля врачи-специалисты. В некоторых регионах доступ к лечению ожидаемого качества имеется, в некоторых - нет. Под руководством Министерства социальных дел следовало бы в конце концов договориться о том, в каком объеме и каким образом обеспечить региональную доступность услуги здравоохранения.

Вопрос не столько в количестве больниц, сколько в том, какие услуги возможно оказывать в этих больничных зданиях при системе здравоохранения с истощающимися ресурсами. Об этом надо говорить честно и четко.

Развитие различных э-решений и удаленных услуг, а также пересмотр путей лечения - это разумный процесс, помогающий облегчить проблему неравномерной доступности. Но только облегчить, а не решить системно. Ведь, в конце концов, быть частью оптимального пути лечения или оказывать удаленную услугу должен все же работник здравоохранения из плоти и крови.

Профилактика помогает, с одной стороны, избежать тяжелых проблем со здоровьем, а с другой - уменьшает нагрузку и без того загруженных работников здравоохранения и системы здравоохранения. Одним из заставляющих задуматься моментов в нашем годовом отчете стало для меня то, что целых 43% детей, родившихся в 2016 году, ни разу не проходили регулярный медосмотр в возрасте 3-6 лет. Ежегодную проверку здоровья проходили только 6% из них. А ведь то, что не было выявлено в детстве, позднее может не поддаться исправлению.

Много и быстро можно было бы сделать также в профилактике рака, чтобы действительно привести на скрининг приглашаемых на обследование людей. Больше, чем прежде. Для этого тоже не нужны дополнительные бесконечные анализы и многословные стратегические документы. Начать можно хотя бы с назначения ответственного.

И, конечно, каждый должен почувствовать ответственность за собственное здоровье: если создана возможность раннего выявления рака, то будет безответственным не воспользоваться ею и не прийти на скрининговое обследование.

Мы потеряли для здравоохранения несколько гимназических выпусков. Если посмотреть на связанные с народонаселением и будущим тренды, то станет ясно: у нас нет и не будет людей, которые бы воплотили наши мечты, описанные в стратегиях сферы здравоохранения. Если только обучение дополнительных специалистов не сделают четким приоритетом.

Однако принять такое решение непросто, ведь наряду с работниками здравоохранения у нас не хватает учителей, полицейских, спасателей, инженеров, IT-специалистов и т.д. Выводы ежегодного отчета Госконтроля двухлетней давности относительно этих специалистов были те же, что нынче в случае работников здравоохранения: надо честно признать, что оказание по всей стране равных и одинаково качественных публичных услуг в нынешнем их виде непосильно для нас.

Людей трудоспособного возраста становится меньше, население стареет. Итак, важно четко признать, что сейчас нам приходится справляться с меньшим, чем требуется, количеством врачей и медсестер, которые уже сейчас перегружены, в то время как болезней и проблем меньше не становится.

В области качества и доступности услуг здравоохранения надо поставить реальные цели и принять учитывающие нынешнюю ситуацию решения, в которых потребности вмещаются в рамки возможностей. Это может означать, что качественная врачебная помощь станет для людей более удаленной, чем они привыкли, но в то же время она будет доступна всем нуждающимся в помощи.

Совершенно отдельной и большой темой для размышлений является, как совместить в новой ситуации функционирование финансируемого за счет налогов и частного здравоохранения. Подумать надо и том, как мотивировать людей вкладываться в профилактику проблем со здоровьем у себя и особенно у своих детей, а также как государство могло бы содействовать тем, кто подобным образом и поступает.

У государства имеются главные функции, от работы которых зависит реальная жизнь людей. Важно, чтобы наряду с придумыванием всевозможных новых чудесных и дорогостоящих начинаний у нас хватило внимания также для давно известных проблем. Эти старые проблемы годами ждут решения.

Если мы сами не примем решения, то это сделает за нас сама жизнь, и тогда от нас будет зависеть уже немного.

Сокращенно из доклада госконтролера в Рийгикогу 15 ноября. 

Хельмен Кютт.
Хельмен Кютт. Фото: sotsiaalministeerium

ХЕЛЬМЕН КЮТТ (Социал-демократическая партия):

- Конечно, велика роль собственной ответственности человека за свое здоровье - участие в скрининговых обследованиях, контроль здоровья маленьких детей, здоровый образ жизни, следование примеру родителей и прародителей, ведь мы не можем быть довольны тем, что прожитый при хорошем здоровье возраст снизился до 57 лет, мы не можем также мириться с тем, что ожидаемая продолжительность жизни уменьшилась.

Пеэтер Эрнитс.
Пеэтер Эрнитс. Фото: Andres Haabu

ПЕЭТЕР ЭРНИТС (EKRE):

- Что важно в нынешней ситуации, так это достигнем ли мы соглашения - прежде всего в случае приехавших сюда украинских беженцев: разумно ли то, что если у нас нет специалистов, то мы закроем глаза на их знание языка. Освоение языка на достаточном уровне тоже требует времени.

Мы должны обсудить, разумно ли это. Думаю, что это не самое разумное, но в то же время ситуация достаточно плохая. И народа у нас, к сожалению, не особо много. Мы должны реально смотреть на вещи.

Айвар Кокк.
Айвар Кокк. Фото: Sander Ilvest / Postimees

АЙВАР КОКК ("Isamaa"):

- Готовы ли мы обучать больше врачей? Определенно. Однако готовы ли мы также договориться о том, что если государство вложилось в обучение студентов в университете, будь то врачи или медсестры, то те студенты, которые однажды учебу закончат, обязаны будут и отработать в Эстонии определенный срок? Или это способ, чтобы отправиться в лучшие угодья и зарабатывать больше? Это не раз обсуждали здесь в зале, но ни к чему не пришли.

Маргит Сутроп.
Маргит Сутроп. Фото: Sille Annuk / Postimees

МАРГИТ СУТРОП (Партия реформ):

- Как нам заставить людей более ответственно относиться к своему здоровью? Как улучшить их поведение в смысле здоровья, двигательную активность, питание, регулярную проверку здоровья; как научить не отказываться от номерков к врачу, ведь они тогда пропадают? Когда они станут вовремя обращаться к врачу, участвовать в скринингах, следовать предписаниям врача? Как мы можем повлиять на их образованность и сознательность в области здоровья? Это вещи, которые могли бы помочь нашей системе, ведь вклад каждого также важен наряду с тем, какую работу выполняют сегодняшние врачи и руководители сферы здравоохранения.

Виктор Васильев.
Виктор Васильев. Фото: Remo Tõnismäe

ВИКТОР ВАСИЛЬЕВ (Центристская партия):

- Я уже двадцать лет слышу эту фразу, что мы на грани, что дальше невозможно. Черт возьми, я опасаюсь, что возможно. Потому что возможно жить и без врачебной помощи. И, как это ни странно, можно даже умереть без врачебной помощи.

Но что-то надо предпринять. Я очень надеюсь, что сегодняшний доклад Госконтроля заставит задуматься, и, может быть, появится какая-нибудь интересная идея, чтобы собрать что-то системное. Эту работу надо делать, эту работу надо продолжать. Никто, кроме нас, ее не сделает, до тех пор, пока мы живы, пока здоровья хватит. До того как последний врач скажет вам последние слова, до того как этот последний врач исчезнет отсюда из Эстонии в тумане, и тогда нам самим придется лечить себя.

Ключевые слова

Читать также

Наверх