ДРУЖИННИК ⟩ Индрек Куллам: "Кайтселийт" в свое время помог полиции не допустить беззакония

Аго Гашков
, журналист
Индрек Куллам: "Кайтселийт" в свое время помог полиции не допустить беззакония
Facebook Messenger LinkedIn Telegram Twitter
Comments
Нынешний старейшина Муствеэской волости Индрек Куллам является членом Алутагузеской дружины с начала 1990-х годов.
Нынешний старейшина Муствеэской волости Индрек Куллам является членом Алутагузеской дружины с начала 1990-х годов. Фото: Vooremaa

Нынешний старейшина Муствеэской волости Индрек Куллам, вступивший в Алутагузескую дружину "Кайтселийта" в начале 1990-х, старался как можно чаще посещать дружинные мероприятия, несмотря на свою занятость в разных уголках Эстонии.

- Вы были старейшиной Авинурмеской волости, затем восемь лет старейшиной Кехтнаской волости, а теперь вы старейшина Муствеэ. Как вам удавалось, живя в Кехтна, принимать участие в учениях и других мероприятиях Алутагузеской дружины?

- Это было довольно интересное разнообразие. Хорошо время от времени приехать и снова оказаться среди знакомых людей. Можно даже сказать, что так было даже интереснее, потому что не сталкивался с повседневными проблемами "Кайтселийта".

- Вы вступили в "Кайтселийт" в возрасте 29 лет. Каким был "Кайтселийт" в то время?

- В то время "Кайтселийт" был все же очень важен. Мы отправились охранять здания йыхвиского стройбата, откуда ушли российские военные. Сейчас на том же месте находятся современные казармы Вируского батальона.

Это было очень неспокойное время, в то время было много так называемой ида-вирумааской мафии. Время от времени с ними приходилось сталкиваться и в Авинурме, чтобы, так сказать, контроль и власть все же были в своих руках.

- По сравнению с Йыхви, Кохтла-Ярве и Нарвой Авинурме кажется очень спокойным местом. Тогда там тоже были проблемы?

- В то время эти так называемые метастазы норовили и там порой проявиться. Но в общем мы добились того, что дорога Тудулинна - Раннапунгерья стала той границей, за которой этим злодеям было нечего делать. Мы там, так сказать, подрезали пятки, и двигаться дальше было для них уже опасно для жизни.

- Как вы этого добились? Вооружение тогда было довольно скудное: пистолеты Макарова, несколько автоматов...

- Ну нет, мужчины были в форме и с оружием, мы все же были организованны, и преступники с этим действительно считались. Мы были для них непредсказуемы.

Если в то время полиция была, может быть, немного предвзятой в некоторых местах, то "Кайтселийт" по-прежнему был для них такой силой, с которой лучше не связываться. Авинурмеские кайтселийтчики также поддерживали полицию. Мы по ночам охраняли и патрулировали, поддерживали порядок, чтобы краж и прочей преступности было меньше.

- Вы сказали, что в "Кайтселийте" в основном люди в возрасте. Молодого поколения нет?

- Это так. Молодые люди, пришедшие после службы в армии и вступившие в "Кайтселийт", не очень активны. Может быть, у людей постарше чуть больше времени и, может быть, больше чувства долга.

- Разве война в Украине не изменила отношение?

- Конечно, изменила. Я вижу и по своему сыну. Если ситуация станет критической, то выйдут.

Многие молодые люди отслужили в Силах обороны и связаны обязанностью резервистов. В Харьюмаа и Рапламаа я заметил немного больше активности молодежи. Но у нас в деревне вообще осталось мало молодежи, потому что все стремятся в города.

- Силы обороны проводят свои учения также вместе с "Кайтселийтом", и на последних "Okas" "Кайтселийт" был широко представлен.

- На самом деле, эти вещи до сих пор в какой-то степени перекрываются. Кайтселийтчик должен чаще участвовать, чем обычный резервист.

- Но, может, это нормально? Если человек хочет серьезно заниматься обороной страны, то он будет в "Кайтселийте". Если он занимается этим столько, сколько требует закон, он не станет членом "Кайтселийта", и, может быть, "Кайтселийту" такие люди и не нужны.

- Точно. Это вопрос выбора каждого. Парни рассказывают, что во время учений их водят в лес смотреть, как растут деревья, что ты три дня сидишь и смотришь, как растут деревья. Молодой человек нуждается в активной деятельности. Учения бывают разные, и война - это одно большое ожидание, но если ему не предложить занятия, он разочаруется в учениях.

Я бы не хотел сейчас критиковать, но время от времени бывают такие учения, где просто мешкают там эти два-три дня и, в итоге, реально наблюдаешь, как растут деревья.

- Об учениях какой организации речь? "Кайтселийта" или Сил обороны?

- Учения Сил обороны носят все же более интенсивный характер. У "Кайтселийта" больше ожидания, но я понимаю, что этот навык тоже нужно тренировать.

- Насколько готов служащий выйти из войны максимально невредимым и не потерять свою страну, если здесь что-то случится?

- В этом смысле как раз важны партнеры и НАТО, где мы сейчас состоим. Эта объединенная сила все же настолько значительна, что никто не решается атаковать страны НАТО. Одни мы были бы в очень сложной ситуации.

- Арабская пословица гласит, что на Аллаха надейся, но верблюда привязывай. Так что это, вероятно, применимо и к гособороне, а также к деятельности Сил обороны и "Кайтселийта".

- К сожалению, вероятным противником является наш восточный сосед, а он уважает только силу. Если ты силен, он сразу не набросится, прежде крепко подумает, стоит ли связываться. 

Издается в сотрудничестве с Алутагузеской дружиной "Кайтселийта".

Ключевые слова

Читать также

Наверх