Валло Реймаа: Носители власти в Таллинне, проснитесь!

Vallo Reimaa
, председатель Йыхвиского волостного собрания, беспартийный
Copy
Валло Реймаа, председатель Йыхвиского волостного собрания
Валло Реймаа, председатель Йыхвиского волостного собрания Фото: Matti Kämärä / Põhjarannik

Результаты выборов в Ида-Вирумаа показали, что произошла радикализация более чем половины прежнего электората Центристской партии.

В случае Михаила Стальнухина это было предсказуемо, однако в случае еще более радикализировавшихся избирателей, проголосовавших за Айво Петерсона, прогнозировалось, что они в знак протеста останутся дома. То, что они все же пошли на выборы и выразили свое умонастроение (противостоящее официальной идеологии Эстонии), показывает, что их радикализация зашла дальше, чем считалось. И для некоторых из них остался лишь маленький шаг, чтобы выразить свои настроения также на публичных демонстрациях.

Если посмотреть на кандидатов Центристской партии, то в личном мандате Яны Тоом сомнений не было. Зато акции первого номера Кайдо Хёэвельсона постоянно падали, и в конце концов уже невозможно было предсказывать ему место в Рийгикогу. В итоге он опустился в своем списке аж на четвертое место.

Главным претендентом на второй окружной мандат я считал, пожалуй, Дмитриева, представляющего, похоже, центристов нового поколения. На самом же деле второе место занял и вовсе Алексей Евграфов, чьи высказывания не сильно отличались от заявлений Стальнухина.

То обстоятельство, что Евграфов долгое время состоял в Партии реформ, ярко демонстрирует, что в Ида-Вирумаа партийная принадлежность не обязательно определяет мировоззрение. Я предполагал, что ориентирующийся на тот же сегмент избирателей Стальнухин заберет себе голоса избирателей Евграфова.

По сути, эти выборы характеризовались смелым протестным настроем русскоязычных избирателей, поэтому достаточно голосов досталось и Евграфову, который после отказа Тоом от мандата войдет также в Рийгикогу. Дмитриев остался первым в резерве.

Больше всего голосов в Ида-Вирумаа собрали: Михаил Стальнухин (4578), Айво Петерсон (3969), Яна Тоом (3457), Алексей Евграфов (1405). Если добавить к этому остальные голоса, отданные за Левую партию и за еще нескольких центристов, то мы получим около половины общего числа участвовавших в выборах в Ида-Вирумаа. Если учесть, что в местных выборах могут участвовать также граждане России и лица без гражданства, то и из Таллинна должно быть видно, что для Эстонии это проблема государственного значения, на которую нужно реагировать соответствующим образом.

Если кто-то по-прежнему считает, что это только нарвская тема, то он глубоко заблуждается. Айво Петерсон оказался крупнейшим магнитом голосов вовсе не в Нарве, а в Йыхви, Кохтла-Ярве и Силламяэ. Мы видим, что эстонское государство начало терять свои позиции в центральном регионе Ида-Вирумаа, а предложенная на Тартуских мирных переговорах российской делегацией пограничная река Кунда уже не так далеко. Дорогие таллиннские носители власти, проснитесь, пожалуйста!

Партия реформ набрала в общем 4177 голосов, или 0,8478 квоты. Это значительно меньше, чем в одиночку набрал Стальнухин, и меньше также, чем получила Левая партия. В 2019 году реформисты получили 0,9767 квоты, а на позапрошлых выборах - 0,8352 квоты, то есть примерно как сейчас.

Меэлис Кийли собрал 1294 голоса. В глаза бросается длинная скамья реформистов (Марис Тоомель - 954, Айвар Сурва - 654, Аннеки Теэлахк - 508). Четырех набравших более полутысячи голосов сумела противопоставить им только Центристская партия.

У EKRE компенсационный мандат уже был обеспечен Аллеру, но список в целом удержался более-менее на прежнем уровне - 0,504 квоты (в 2019 году 0,5789 квоты). У них порог в пятьсот голосов преодолели двое (Аллер - 813, Брейвель - 757), что подтверждает старую истину: при отсутствии одной суперзвезды для окружного мандата необходимы по крайней мере четыре средних магнита голосов. 

"Мы видим, как эстонское государство начало терять свои позиции в центральном регионе Ида-Вирумаа".

Валло РЕЙМАА, председатель Йыхвиского волостного собрания, беспартийный

Список "Eesti 200" получил 0,4981 квоты, что сильно уступило предсказанным в опросах процентам. Может быть, роковым стало то, что вся кампания была сосредоточена на Ильине, но это оправдало бы себя только в том случае, если бы Ильин в результате стал "суперзвездой". Однако этого не произошло. Он собрал приличный урожай голосов - 1108, однако стал и единственным преодолевшим порог в пятьсот голосов. В итоге скамья оказалась короткой, что непосредственно повлияло на общий урожай голосов.

Ранее одной из проблем "Eesti 200" называли относительную молодость ее целевой группы, которая по молодости не очень активно участвует в выборах. Возможно, что так оно и случилось. Именно среди этой более молодой группы своего лидера не рекламировали, хотя список и предлагал возможность для этого.

Результатом социал-демократов стало 0,4571 квоты. Для них это явная неудача, ведь в прошлый раз при поддержке Катри Райк они получили 1,0386 квоты, а в 2015 году при поддержке Евгения Осиновского - 1,0018 квоты. Пирет Хартманн в этот раз равноценным магнитом голосов не стала, хотя и показала хороший для Ида-Вирумаа результат (994 голоса, Одинец - 630 голосов).

У них проблемой тоже была короткая скамья кандидатов. И, очевидно, то, что их предыдущий третий номер Максим Ильин баллотировался теперь по списку "Eesti 200" и увел с собой значительную часть потенциальных избирателей социал-демократов.

Результатом "Isamaa" стало 0,2379 квоты (в 2019 году - 0,4579 квоты, в 2015 году - 0,5737 квоты). Порог в пятьсот голосов не удалось преодолеть ни одному их кандидату (Агур - 441, Вейзер - 341). Похоже, что в Ида-Вирумаа главной проблемой для "Isamaa" стало появление за игровым столом EKRE.

Появление "Eesti 200" не привело к урнам для голосования новых избирателей, однако разбавило урожай голосов у всех других участников, причем меньше всего - у Центристской партии.

Если подумать о будущем, то это довольно грустная ситуация, особенно если учесть, что прежний электорат Центристской партии стал значительно более радикальным. Вопрос, как побудить молодежь участвовать в выборах, остался без ответа и на этот раз. Однако с учетом будущего он имеет первоочередное значение.

Наверх