ПАРЛАМЕНТ ⟩ Как повысить зарплату учителям и плавно перейти на эстоноязычное образование?

Северное побережье
Copy
По словам Кристины Каллас, языковые требования в отношении учителей действуют уже 25 лет.
По словам Кристины Каллас, языковые требования в отношении учителей действуют уже 25 лет. Фото: Matti Kämärä / Põhjarannik

"По сути, все знают, уже десять лет знают, какие решения надо бы принять для разрешения проблем образования, однако эти решения, может быть, долгое время не были готовы сделать", - отметила в Рийгикогу министр образования и науки Кристина Каллас, отвечая на вопросы центристов, касающиеся повышения зарплаты учителей, школьной сети и перехода на эстоноязычное образование.

ВАДИМ БЕЛОБРОВЦЕВ, член Рийгикогу, Центристская партия:

Вадим Белобровцев.
Вадим Белобровцев. Фото: Ilja Smirnov / Põhjarannik

- В течение последних недель связанные со сферой образования люди очень напряженно следили за тем, как решается вопрос повышения зарплаты учителей, и, к сожалению, приходится отметить, что он решился таким образом, что правительство зашло в тупик. Не помог также государственный примиритель, и представители Союза работников образования уже сказали, что ожидается большая республиканская забастовка учителей, поскольку правительство не предлагает учителям ничего такого, что было бы достойно обсуждения и принятия.

В то же время мы читаем, что в правительстве происходят страстные дебаты на ту тему, как вы все говорите, что один министр обвиняет другого. Министр финансов говорит, что это не выполненная министром образования работа. Министр образования говорит, что Партия реформ и слышать ничего не хочет о повышении зарплаты, и поневоле возникает такое ощущение… Знаете, есть такое выражение: почему делают они, а неловко нам?

Глядя на все это, действительно становится уже немного стыдно. Может быть, вместо того, чтобы продолжать это препирательство, вы выйдете с каким-то конкретным планом - что будет дальше? Если состоится забастовка, то это не значит, что проблема будет снята с повестки дня, это значит, что проблема будет еще больше и она требует решения. Каков ваш, министр образования, план и каков план всего правительства по разрешению этой ситуации?

КРИСТИНА КАЛЛАС, министр образования и науки, "Eesti 200":

- Ситуация сегодня такова, что происходит трудовой спор о минимальной зарплате в 2024 году. Тут правительство тоже высказало свою точку зрения, что в бюджете следующего года найти дополнительные средства плюс к тем, что там уже запланированы на рост зарплатного пособия для учителей, то есть к 24 миллионам евро, найти невозможно.

Очень важно, чтобы местные самоуправления, которые фактически являются плательщиками заработной платы учителям, использовали все те дополнительные средства, что будут направлены в следующем году на зарплатные пособия, также на выплату зарплаты учителям, то есть чтобы эти 4,3 процента роста зарплатного пособия пошли также на рост зарплаты учителей. Это очень важно и здесь очень важна роль самоуправлений.

С точки зрения учителей и системы образования, этот кризис касается не только минимальной зарплаты учителей, с этим согласны все. Элементы этого кризиса образования очень многогранные. Существует вопрос нагрузки учителей; вопрос есть и в том, что в определенных регионах у нас не хватает учащихся для учителей, а учителей много, а в некоторых регионах опять же много учеников, а учителей не хватает и там учителя перегружены.

У нас существуют проблема карьерной модели учителей и серьезная проблема упорядочения школьной сети. По сути, все знают, уже десять лет знают, какие решения надо бы принять для разрешения проблем образования, однако эти решения, может быть, долгое время не были готовы сделать.

Сегодня разрешение этого кризиса дошло до такой кульминации, когда учителя действительно ожидают, чтобы вопрос был не только в решении проблемы минимальной зарплаты к следующему году, но и чтобы решились также накопившиеся за долгие годы проблемы в системе образования. Поэтому я представила план того, какие решения мы должны поискать, чтобы смогли договориться не только о минимальной зарплате на следующий год, но и о том, чтобы решить как проблемы школьной сети и проблемы нагрузки учителей, так и проблему карьерной модели учителей, ведь вопрос преемственности учителей очень во многом зависит и от нее.

Я только что вернулась с конференции "Arenguseire Keskus", где тоже обсуждались все эти темы, и по сути решения имеются. Вопрос в том, готовы ли мы сегодня в порядке общественного соглашения действительно заключить эти соглашения между местными самоуправлениями, как владельцами школ, представителями учителей, как представителями профессионалов в этой сфере, и государством, как плательщиком зарплатного пособия. К моему удовольствию, мы готовы начать консультации для того, чтобы заключить образовательное соглашение. Так что я умеренно оптимистична относительно того, что мы сможем решить хотя бы эти болевые вопросы в сфере образования и сумеем достичь соглашения с этими сторонами.

ВАДИМ БЕЛОБРОВЦЕВ:

- Мы должны указать, что у нас в стране годами существовало такое отношение, будто все те проблемы, что в действительности накапливаются, просто решатся как-то сами собой. Это, разумеется, не является претензией к вам, так как вы новый министр образования. Пришли ли мы сейчас к тому, что на самом деле понимаем, что происходит в сфере образования? Действительно ли мы понимаем, что у нас нет преемственности учителей? Что у нас эти зарплаты не такие, которые бы мотивировали людей становиться учителями в школах или детских садах. Понимаем ли мы, как мы сможем решить ту проблему, что у нас слишком мало учителей и их становится все меньше?

Посмотрим, например, что будет происходить в следующем году и еще через год в связи с переходом на эстоноязычное обучение по всей стране, как вы сами сказали. Вероятно, если взять, к примеру, Ида-Вирумаа и Таллинн, сразу несколько сотен учителей там должны будут уйти из школ и детсадов, поскольку их уровень знания языка не отвечает новейшим требованиям. Каким образом мы сможем разрешить эту ситуацию, если у нас уже сейчас существует дефицит учителей и не видно, откуда придет учительская смена, и по сути мы видим, что в ближайшие годы количество учителей будет все сокращаться и сокращаться именно из-за этого перехода?

КРИСТИНА КАЛЛАС:

- Для того чтобы мы смогли решить проблемы, важно, чтобы основные факты были у нас одинаковыми. У нас в Эстонии существует проблема преемственности учителей, то есть новых, молодых учителей приходит меньше, чем имеется учительских должностей, которые следовало бы заполнить.

Корень проблемы на самом деле в том, что этих учительских должностей в действительности очень много в расчете на учащегося. Количество учеников уменьшается, а количество учительских должностей все время растет. То есть у нас проблема системы в том, что мы никогда не сможем заполнить постоянно растущее число должностей учителей следующим поколением, так как, во-первых, следующее поколение само о себе более малочисленное и в то же время количество учеников все время уменьшалось по всей стране. То есть нам необходима реформа количества учительских должностей. В этом году по сравнению с прошлым годом у нас добавилось 450 учительских должностей. 

3 МЫСЛИ

  • Учителя ожидают, чтобы вопрос был не только в решении проблемы минимальной зарплаты к следующему году, но и чтобы решились также накопившиеся за долгие годы проблемы в системе образования.
  • У нас школы и классы-комплекты располагаются там, где у нас становится все меньше детей, и не хватает школ и учителей там, где детей становится все больше.
  • Самоуправления, на самом деле являющиеся работодателями этих учителей и отвечающие за то, чтобы учитель в классе имелся, должны приложить усилия, чтобы найти соответствующих языковым требованиям учителей, так как я считаю, что наши дети ждали уже слишком долго и все сроки ожидания вышли. Мы из поколения в поколение не давали детям такой возможности, чтобы они получали хорошее образование.

У нас, конечно, покидают должности очень много людей, однако должностей все время добавляется. Причина этого по сути в той школьной сети, когда у нас школы и классы-комплекты располагаются там, где у нас становится все меньше детей, и не хватает школ и учителей там, где детей становится все больше. Это надо реформировать и это та дискуссия, которую мы ведем сегодня с самоуправлениями в ходе консультаций.

Теперь вторая тема: переход на эстоноязычное образование. Давайте уточним. Вы, как бывший руководитель местного самоуправления, очень хорошо знаете, что никто не менял требования. Языковые требования действуют 25 лет. Никто эти языковые требования не менял. Поэтому в этом смысле нельзя говорить о том, будто резко и сразу изменены языковые требования.

Изменили язык обучения, язык обучения изменили в первых и четвертых классах, при этом дано по сути два года времени на подготовку. Точно так же в детских садах, дано два года времени на подготовку. Переход на самом деле очень плавный, если мы посмотрим на учительский ресурс. 

Самой большой проблемой с нехваткой учителей при переходе на эстоноязычное образование является не нехватка владеющих эстонским языком учителей первых и четвертых классов. Эти учительские места сегодня по сути заполнить можно. Проблема в том, что те учителя, которые продолжают преподавать на русском языке и чье знание языка не соответствует уровню В2, с 1 сентября следующего года не смогут работать, поскольку фактически не имеют соответствующего языкового уровня. Однако этот уровень знания языка действовал для них 25 лет.

То есть здесь нет ничего нового. На самом деле мы не произвели внезапного изменения языковых уровней. Теперь вопрос в том, что самоуправления, на самом деле являющиеся работодателями этих учителей и на самом деле отвечающие за то, чтобы учитель в классе имелся, должны приложить и усилия, чтобы найти соответствующих языковым требованиям учителей, так как я считаю, что наши дети ждали уже слишком долго и все сроки ожидания вышли. Мы из поколения в поколение не давали детям такой возможности, чтобы они получали хорошее образование.

АЛЕКСЕЙ ЕВГРАФОВ, член Рийгикогу, Центристская партия:

Алексей Евграфов.
Алексей Евграфов. Фото: Ilja Smirnov / Põhjarannik

- Не секрет, что проблема учителей, не владеющих языком на требуемом уровне, серьезная. Особенно плохое положение в детских садах. По мнению владельцев школ, проблема нехватки владеющих эстонским языком учителей решаема. В детских садах можно применить такую модель организации работы, когда в группе будет один учитель с уровнем С1 и два воспитателя с уровнем В2 или даже В1, а это значит, что активное обучение будет проводить учитель с С1, например, утром, а вечером с детьми будет находиться учитель или воспитатель с уровнем языка В2 или В1, который будет общаться с детьми, конечно, на эстонском языке. Соответствует ли применение такой модели организации работы правовым актам перехода?

КРИСТИНА КАЛЛАС:

- Действительно, это соответствует правовым актам, однако это не соответствует целям реформы, то есть учебную работу надо проводить в детском саду с 1 сентября 2024 года на эстонском языке. А учебная работа в детсаду - это не только проведение занятий, это по сути проходящая в течение всего дня деятельность с детьми, которая должна проводиться на эстонском языке. На эстонском языке эту деятельность может проводить человек, владеющий языком на уровне С1, то есть учитель.

Возможно временно, если в данной ситуации нет в этом смысле другого решения, воспользоваться помощью помощников учителя, однако и они должны вести деятельность на эстонском языке, так как учебно-воспитательная работа в детсаду должна проходить на эстонском языке. Если уровень знания языка у помощника учителя не соответствует такой необходимости, чтобы проводить эту учебную работу на эстонском языке, то помощник учителя должен показать, посещает ли он курсы и к какому моменту он реально достигнет соответствующего уровня знания языка и будет способен проводить учебную работу в детсадах на эстонском языке.

Так что это в действительности является все-таки переходным решением, и тут на владельцев детсадов и руководителей детсадов возложена очень большая ответственность за то, чтобы тот уровень знания языка, на котором проводится учебно-воспитательная работа с ребенком, соответствовал тому, чтобы ребенок развивался психологически в соответствии со своим возрастом и получал соответствующие знания, чтобы поступить в первый класс и начать учебу на эстонском языке. Если детские сады отступят от своей ответственности за эту работу, то и школьные учителя не смогут гарантировать, что результат будет таким, какого все мы ждем.

То есть целям реформы не соответствуют такая деятельность, когда уровень знания языка у помощника детсадовского учителя недостаточный, чтобы проводить на эстонском языке занятия и воспитательную работу.

Комментарии
Copy
Наверх